Этого нет в Википедии. Часть 2

18 мая 2020

top.jpgПротодиакон Павел Бубнов, старший преподаватель кафедры церковной истории и церковно-практических дисциплин Минской духовной академии, преподаватель Минской духовной семинарии, кандидат богословия, рассказывает об истории Успенского Жировичского монастыря в свете новых научных данных.

Начало здесь

«Пани Литоворова взяла с рызницы позолоченный крест и серебряное кадило»

Ученые-исследователи предполагают, что по заказу Солтана Александровича был написан полный годовой комплект месячных Миней, но до наших дней дошли Минеи с января по июль, то есть на целую половину года. Две из них хранятся в Вильнюсе, в собраниях фонда библиотеки Академии наук Литвы имени Врублевских — это Минеи на январь-февраль и март-апрель. Во второй из них (они переплетены по 2 месяца в 1 том) есть выходная запись, где указываются и заказчик Солтан Александрович, и переписчик. Точно так, как и Псалтирь, эти книги имеют собственнические записи библиотеки Жировичского монастыря середины XVIII века и целый ряд разновременных записей о принадлежности этой книги Жировичской церкви. Их сложно однозначно датировать. Но, тем не менее, только Жировичская церковь, только Жировичский монастырь, никаких других указаний на принадлежность иным храмам и монастырям. Опять же, до середины XIX века они хранились в Жировичском монастыре, потом переехали в Вильно вместе с библиотекой Литовской духовной семинарии, потом были переданы из нее в Виленскую публичную библиотеку, которая сейчас — библиотека Академии наук Литвы имени Врублевских. Еще одна Минея на май-июнь находится в собрании Российского государственного архива древних актов в Москве. Она имеет такие же маргинальные пометки о принадлежности к Жировичской церкви.

Так что эти Минеи, без которых невозможны были богослужения в храме, являются прекрасным памятником — жаль лишь, что там нет однозначных записей о том, для какого храма они создавались. Но на основании комплексного изучения памятника и контекста его создания напрашивается вывод, что эти книги использовались за богослужением в первом храме.

И еще один источник — уже актовый документ, который свидетельствует о существовании храма в Жировичах до смерти Солтана Александровича. Когда последний скончался, у него остался один сын, Александр Солтанович, на тот момент несовершеннолетний. Опеку над ним и его имуществом, в том числе Жировичским имением, осуществлял Слонимский наместник Ян Литовор Хрептович вместе со своей женой Ядвигой.

Спустя некоторое время, в 1507 году, Александр Солтанович начал судебный процесс против своих бывших опекунов, обвиняя их в присвоении части имущества, которое он требовал вернуть. Своей цели он добился  только в 1517 году, решением великого князя Сигизмунда І Старого. К тому времени Ян Литовор скончался, ответчицей по этому иску была его жена Ядвига. И к этому судебному решению прилагается реестр имущества, которое Александр Солтанович требовал вернуть (в Вильне и в Жировичах). В реестре жировичского имущества среди прочего записано: «Пани Литоворова [Ядвига Хрептович] взяла с рызницы позолоченный крест и серебряное кадило». Также там перечислено другое церковное имущество.

Здесь не упоминается Жировичская церковь, но упоминается ризница, а ризница могла быть только в храме, как и кадило с крестом. Это означало, что до своей кончины, которая последовала между 1494-95 годами, Солтан Александрович уже успел построить в Жировичах церковь и обеспечить ее утварью. Если допустить, что в 1493 году Солтан Александрович получил Жировичи, а в январе 1495 года он значится уже как умерший (вполне возможно, он умер и раньше), то вряд ли за такой промежуток времени владения Жировичами он что-то успел бы сделать.

В совокупности все эти дошедшие до нас источники позволяют утверждать, что церковная жизнь в Жировичах началась в соответствии с преданием церковным, которое датирует явление Жировичской иконы 1470 годом.

Затушеванная история

— На каком основании мы празднуем 500-летие Жировичского монастыря именно в этом году?

— В 1650 году в Вильно вышла книга католического священника-иезуита, ректора Виленской академии Войцеха Кояловича, под названием «Miscellanea rerum ad statum ecclesiasticum in Magno Lithuaniae Ducatu pertinentium» (или кратко «Miscellanea rerum…»), в переводе на русский язык — «Вещи различные в церковном положении в Великом Княжестве Литовском обретающиеся». В этой книге, в разделе, посвященном Жировичской иконе Божией Матери, говорится, что при пожаре первого храма «весь монастырь тот и храм сгорели».

Итак: речь о пожаре первого Жировичского храма, в пламени которого, согласно преданию, была утрачена Жировичская икона, впоследствии чудесно обретенная. Войцех Коялович утверждает, что в то время в Жировичах существовал не только храм, но и монастырь.

В этой книге нет дат: ни первое явление иконы, ни пожар не датируются. Но в церковном предании пожар традиционно датируется 1520 годом. Книга Кояловича — это не документ, который однозначно подтверждает, но источник, который позволяет с большой долей вероятности допускать существование монастыря уже в 1520 году.

Но вообще история православного Жировичского монастыря до его захвата униатами очень слабо документирована, имеются считанные упоминания о нем в документах. Это можно объяснить в том числе и тем, что в последующий период униатские монахи-базилиане, авторы разных книг о Жировичской иконе и монастыре, не способствовали сохранению документов, которые свидетельствовали о доуниатской истории монастыря. Поэтому документов очень мало, и у нас нет имен ни монахов, ни настоятелей, но есть упоминания, что монастырь существовал. Мы находим такие свидетельства в документах имущественного характера, когда собственники монастыря, представители семьи Солтанов, друг другу уступали, передавали право попечения, владения монастырем. И там однозначно упоминается монастырь, две церкви: одна деревянная, другая каменная, обе в честь Успения Пресвятой Богородицы. Они постоянно в документах упоминаются. Самое раннее упоминание монастыря в актовых документах имущественного характера — 1578 год.

Я собрал и проанализировал все брошюрки, книжечки о Жировичской иконе, которые издавались в XVII-XVIII веках базилианами. Интересно, что в таких книжечках XVII века есть упоминания о существовании монастыря, храма до того, как пришли базилиане. А вот уже в изданиях XVIII века… Сопоставляя тексты разных изданий, видишь, что последующие издания, более поздние, XVIII века, заимствуют текст из предыдущих, но его редактируют. Там, где в изданиях XVII века было слово «монастырь», в XVIII веке уже пишут «святое место». И в XVIII веке, а особенно к началу XIX упоминаний о монастыре в Жировичах до базилиан вообще уже не встречается. Они исчезают. Очевидная тенденция: представители базилиан в Жировичах в своих изданиях, посвященных истории монастыря, стремились показать, что до них в Жировичах никакого монастыря не было, монашества православного тоже. Таким образом, сама история православного добазилианского монастыря сильно была записана, затушевана, и очень мало от нее осталось.

Рейдерский захват в Речи Посполитой

— Согласно классической работе митрополита Антония (Мельникова) по истории Жировичской обители, монастырь перешел к униатам в 1609 году. Насколько мы знаем, Вам удалось открыть новые, до cих пор не известные, подробности этого события?

— Митрополит Антоний (Мельников) основывается на исследовании профессора Санкт-Петербургской духовной академии Платона Николаевича Жуковича. Пользуясь этим исследованием, я последовательно проанализировал все исторические источники, на которые ссылается Жукович, и нашел еще некоторые новые, на которые он не ссылается. Удивительно, что профессор Жукович не обратил внимания или же упустил несколько интересных фактов, которые в другом свете представляют историю перехода обители в унию.

В 1603 году владелец Жировичского имения Иван Иванович Солтан сдал часть имения в аренду Ицхаку Михелевичу. Притом в ту часть, которую он сдал, входили леса, пастбища и прочие сельскохозяйственные угодья, экономически прибыльные, но не монастырь с церковью, которые остались в непосредственном управлении Ивана Ивановича Солтана.

В январе 1605 года Ицхак Михелевич был убит, и в этом убийстве был обвинен Иван Иванович Солтан. Сохранились документы этого судебного процесса, они были изданы в конце XIX — начале XX века, изучались профессором Жуковичем. В результате этого судебного процесса виновным был признан Иван Иванович Солтан, хотя он отрицал это. Был даже человек, который пришел с повинной и заявил, что он является убийцей Ицхака Михелевича. Несмотря на это, суд признал виновным Солтана и наложил на него огромный штраф, который во много раз превышал стоимость Жировичского имения. Иван Солтан не мог выплатить этот штраф. Во взыскание этого штрафа всё Жировичское имение было у него конфисковано и передано вдове погибшего, Эстере Михелевич.

Но есть факт, который ускользнул от внимания профессора Жуковича и митрополита Антония, хотя он заслуживает внимания: возглавлял судебное заседание Иван Мелешко, который в то время являлся Слонимским подстаростой, а Слонимским старостой был Лев Сапега — канцлер Великого Княжества Литовского. Последний, правда, отсутствовал в апреле 1605 года, когда было это судебное заседание, и потому возглавлял его слонимский подстароста. Это соответствовало законам ВКЛ: в одном лице совмещались и исполнительная, и судебная власть, то есть представитель  великокняжеской администрации был одновременно и судьей гродского суда, который рассматривал уголовные дела.

Суд под председательством Мелешко осудил Ивана Солтана, тот подал апелляцию в Высший трибунал. Заседание трибунала проходило в Минске. Трибунал оставил в силе все решения Слонимского гродского суда и даже осудил Ивана Ивановича Солтана на смертную казнь, правда, она по каким-то причинам не была приведена в исполнение. Чуть позже король и великий князь Сигизмунд ІІІ Ваза издает «баницийный лист» на Ивана Солтана, согласно которому последний лишался права проживания в стране, с ним запрещалось всякое общение, из чего мы видим, что решение трибунала о смертной казни не было выполнено. А еще через несколько месяцев Иван Солтан подает новый иск.

Но в 1606 году, то есть через год, Иван Мелешко добивается у Эстеры Михелевич передачи права управления Жировичами, а Эстера отказывается от всех претензий к Ивану Солтану. Возможно, Иван Мелешко претензии Эстеры Михелевич удовлетворил сам. Таким образом, Иван Мелешко становится распорядителем Жировичского имения и Жировичского монастыря. А в 1609 году Мелешко добивается от Солтана юридической передачи прав на имение и монастырь. Следует отметить, что Иван Иванович Солтан был владельцем лишь половины Жировичского имения и монастыря, а вторая половина принадлежала сначала его родному брату Давиду Ивановичу Солтану, и Иван Солтан взял ее в аренду в так называемое «заставное имение», то есть он был фактическим распорядителем всего имения, но юридически владел лишь половиной. В итоге в 1609 году Иван Солтан передает юридические права собственности на свою половину Ивану Мелешко.

Что мы получаем? Судья, который осудил преступника, стал собственником его имущества, которое как раз в результате этого дела было отнято. С точки зрения юриспруденции это вопиющее преступление. Даже в то время по законам ВКЛ ему могла быть дана соответствующая правовая оценка. Хотя этого не произошло.

Факты красноречиво свидетельствуют, что, возможно, имел место сговор. Это было, скорее всего, рейдерство: псевдозаконная попытка захвата монастыря, увенчавшаяся успехом. Если мы поместим эту историю в широкий контекст тех событий 1605-09 годов — это самая активная волна наступления униатов на Православие, в том числе с помощью королевской власти. Это деятельность сначала митрополита Ипатия Поцея, потом Иосифа Вельямина Рутского, которые активно захватывали православные монастыри и храмы, добиваясь того, что провозгласил король.

Мы видим, что были разные формы захвата православных храмов и монастырей. В том случае, когда монастырь находился в непосредственном владении короля, никаких проблем с переводом его в унию не возникало, были все юридические основания для этого. Но для храмов и монастырей, которые находились в частной собственности, всё зависело от позиции собственников — речь о так называемом праве патроната. И мы знаем примеры тому, в том числе связанные с семьей Солтанов. Один из братьев, Ярослав Солтан, брат Ивана Ивановича Солтана, был владельцем Брестского Симеоновского монастыря, который вплоть до начала XIX века оставался в Православной Церкви. Будучи в католическом окружении, он, несмотря ни на что, благодаря праву патроната, праву собственности частных лиц над монастырями, остался православным. Очевидно, что вполне мог бы остаться православным и Жировичский монастырь. Но на него положили глаз деятели унии. Первым настоятелем униатского Жировичского монастыря был известный архимандрит Иосафат Кунцевич, впоследствии Полоцкий архиепископ. Это показывало, что Жировичскому монастырю идеологи и реализаторы унии придавали огромное значение, поэтому и стремились его захватить. А раз не смогли присвоить законным путем, то пошли на криминал.

Мы не можем утверждать или опровергать, виновен или не виновен Иван Солтан в убийстве, но мы видим на основании сохранившихся документов, что налицо некая махинация или нечистоплотность: судья завладел имуществом осужденного, а потом передал его базилианским монахам. Это уже произошло в 1618 году: Иван Мелешко сначала приглашает базилианских монахов, они поселяются в Жировичском монастыре, затем он передает им юридические права над своей частью Жировичской обители. Потом и второй владелец Жировичского имения, сын Давида Солтана, Даниил Давидович Солтан, окончательно в 1621 году продает свою часть имения Льву Сапеге, канцлеру ВКЛ, а тот продает эту часть Ивану Мелешко. А его дочь, Богдана Пшеславская, в 1622 году окончательно подтверждает все права и все имущественные акты своего отца по отношению к базилианскому Жировичскому монастырю и сама отрекается от всех своих прав на Жировичское имение и монастырь в пользу базилиан. 

Таким образом, с 1605 по 1622 годы — целый комплекс сделок, процедур юридических, судебных, которые показывают, что, если бы Иван Иванович Солтан был сторонником унии, то он передал бы Жировичскую обитель униатам еще в 1605 году, когда началось активное наступление на православные храмы и монастыри. Но очевидно, что он не хотел этого, и поэтому монастырь у него был отнят псевдозаконными способами — и передан униатской базилианской общине.

Продолжение здесь.  

Подготовка текста: иерей Кирилл Гордун, Татьяна Кузнецова

Church.by